//Смарт контракты – реальные ли договора и действительно ли “умные”

Смарт контракты – реальные ли договора и действительно ли “умные”

В основе смарт контракта лежит соглашение, заключаемое через Интернет, и можно квалифицировать в соответствии с п.1 ст.202 Гражданского кодекса Украины, как действие лица, направленное на приобретение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Подобные виды сделок, можно отнести, в соответствии с п.1 части I ст.31 ГКУ, в мелких бытовых, а также сделок, заключаемых в момент их выполнения, и в соответствии с п.1 ст.206 ГКУ, отнести к устным, поэтому их, безусловно, можно описать алгоритмом, закодировать и ввести в блокчейн, в рамках которого будет существовать договор. Сегодня предлагается использование смарт контрактов в широком кругу правоотношений, как страхование, корпоративное приобретение имущества, или для автоматического осуществления платежа при доставке товаров или услуг. Они также особенно рекомендуются для обмена акций, облигаций и опционов, а также для микрофинансовых услуг. Такие виды сделок, – совсем другое дело, когда требуется более сложная форма договора, которая предусматривает вариантность условий и положений, которые сложно перевести на язык алгоритма и закодировать. Тут уж, как говорит известный латинское изречение, – Non omne, quod nitet, aurum est – Не все золото, что блестит. Смарт контракты – действительно договоры и действительно “умные”

«Посредники, такие как адвокаты, брокеры и банкиры, больше не будут нужны»

Быстро и уверенно влились в наше настоящее такие понятия как блокчейн, криптовалюта, биткоины и тому подобное. Среди всего многообразия новых терминов и понятий, связанных с использованием цифровых технологий, можно уверенно выделить и «смарт контракты», или как еще их называют, исходя из буквального перевода, умные контракты smart contracts). А, согласно недавно распространенном в новостных изданиях информации о первое известное применение смарт контракта при покупке киевской недвижимости, очевидно, существует практический интерес к смарт контрактов и в Украине. Не вдаваясь в широко разрекламированные, десятки раз переведены и распространены по всему пространству Интернет штампы, по надежности, прозрачности, экономичности и безопасности этих контрактов, попробуем проанализировать правовую природу таких договоров, с точки зрения украинского законодательства. Поскольку, нравится нам или нет, а живем мы пока в условиях существования государств, правительств и, следовательно, действуем в рамках определенной системы права, определенного законодательством. Сколько бы мы не диспутувалы на тему доверия, децентрализации денежных потоков, гражданского общества и т.д., систему государственных органов и институтов в целом, никто не отменял. Несмотря на то, что в Украине, как и в большинстве стран мира, до сих пор не выработано и законодательно не закреплено единого стратегии относительно природы криптовалюта как средства платежа, впрочем быть готовыми к широкому использованию цифровых платежных систем, целесообразно уже сейчас. Поэтому определить правовую природу договоров – смарт контрактов (как неизбежного производного от криптовалюта), с точки зрения законодательства, под юрисдикцией которого будет заключаться, действовать и выполняться тот или иной договор (будь то стандартный договор, или смарт контракт), кажется, крайне необходимым.
Для начала коротко о уже общепризнанные базовые понятия: блокчейн – это распределенная база данных. Она содержит список заказанных записей, которые называются блоками. Каждый блок связан с предыдущим блоком и имеет отметку о совершении сделки. После того, как пользователи системы входят в транзакцию, это, каждый раз записывается с уникальной отметкой о времени и будет постоянно освещаться при каждой следующей транзакции. Отдельные блоки не могут быть удалены и всегда просматриваются для всех, кто имеет доступ к системе.
Данные, сохраненные в блочном цепочке, считаются криптографически безопасными. Любая попытка изменить содержимое блока приводит к недействительности уникальных ссылок, которые указывают на его расположение в цепочке. Хотя, по надежности и безопасности, – нельзя не согласиться, поскольку один только пример из хакерских взломом в 2014 году Токийской бирже цифровых валют, в результате чего, компания Mt Gox Co Ltd. была вынуждена объявить о банкротстве, в результате хакерской атаки на 460000000 долларов, наводит на серьезное сомнение относительно надежности блокчейн системы.
Смарт контракты – это соглашения, написанные в коде, которые автоматически выполняют запрограммированные функции в ответ на определенные условия, выполняются сторонами сделки. Идею смарт-контрактов впервые озвучено в 1996 американским ученым и криптографом Ником Сабо, как компьютерный протокол, на основе математических алгоритмов, переведенных в компьютерный код, самостоятельно проводит операции с полным контролем над их выполнением. Простейший пример смарт контракта, которую он привел, и которая очень наглядно показывает действие таких контрактов, является торговый автомат. Когда вы вкладываете деньги в автомат и выбираете товар, он запускает выдачу этого продукта. Если вы не вложите достаточно денег, продукт не будет выдан, а его переноса к исходному окошка, прервется. Это самая распространенная упрощенная схема, лежащая в основе идеи смарт контрактов. Обратившись к азам законодательства, можно согласиться, что в основе смарт контракта лежит сделка, совершаемая через Интернет, и можно квалифицировать, согласно п.1 ст.202 Гражданского кодекса Украины, как действие лица, направленное на приобретение, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Подобные виды сделок, можно отнести, в соответствии с п.1 части I ст.31 ГКУ, в мелких бытовых, а также сделок, заключаемых в момент их выполнения, и в соответствии с п.1 ст.206 ГКУ, отнести к устным, Поэтому их, безусловно, можно описать алгоритмом, закодировать и ввести в блокчейн, в рамках которого будет существовать договор. Сегодня предлагается использование смарт контрактов в широком кругу правоотношений, как страхование, корпоративное приобретение имущества, или для автоматического осуществления платежа при доставке товаров или услуг. Они также особенно рекомендуются для обмена акций, облигаций и опционов, а также для микрофинансовых услуг. Такие виды сделок, – совсем другое дело, когда требуется более сложная форма договора, которая предусматривает вариантность условий и положений, которые сложно перевести на язык алгоритма и закодировать. Здесь уже, как говорит известный латинское изречение, – Non omne, quod nitet, aurum est – Не все золото, что блестит.
Несмотря на свое название, умные контракты не всегда достаточно «умными», чтобы предусмотреть все субъективные и объективные факторы волеизъявления сторон.
Так, согласно пункту 1 ст.638 ГКУ, договор считается заключенным, если стороны в надлежащей форме достигли согласия по всем существенным условиям. Ключевыми моментами договора, с юридической точки зрения, истинные намерения лиц, выражается в форме и существенных условиях. Например, договор с недвижимостью, действительность которых требует их нотариальное удостоверение, регистрацию и тому подобное. Таким образом, признание смарт контрактов, как юридически обязательных, является важным для обеспечения того, чтобы результаты самостоятельного выполнения разумного контракта были юридически эффективными и обеспечивались сторонами в суде. Если, умный контракт не может, например, законно передавать право собственности на имущество, которое он намерен передать или не будет всех существенных условий договора поставки, страхования, тогда большая часть потенциальной свойства смарт договора, будет фактически потеряна. Возьмем тот же свежий жизненный пример продажи столичной недвижимости, расчеты за которую была проведена в криптовалюта с использованием смарт контракта, впрочем, всем предшествующим оплате договоренностям сторон, было предоставлено форму традиционного договора, удостоверялся нотариально и был зарегистрирован в соответствующих государственных реестрах прав на недвижимое имущество. То есть, в таком случае, рассматривать смарт контракт с правовой точки зрения, можно только как дополнительное обеспечение обязательства, соответствует пункту 2 ст. 546 ГК Украины, как вид обеспечения исполнения обязательств.
Сказать же, что в рамках существующей сегодня системы государства и права, возможно полностью отказаться от традиционных договоров, и перейти на криптокодовани алгоритмы тех или иных сделок, не представляется возможным. Раз уж, в любом случае, в договоре всегда участвуют люди, хотя это анонимно, хоть открыто, действуя хоть через нотариуса, адвоката, или через программиста, по сути тоже посредника, пишет компьютерный код, всегда существует тот самый непредсказуемый человеческий фактор, который может свести на нет любые самые предсказуемые, точные, логические условия. Взять бы хотя некоторые субъективные стадии действия договоров, такие как их трактовки и исполнения. Никакой «умный» контракт не сможет «предсказать» того, когда одна из сторон окажется в момент заключения договора, в непредвиденной ситуации, когда она выполнит условия договора (например передаст имущество, но недавно возникновении отягощением). Более того, мы живем в не самом идеальном мире, и никто не застрахован от недобросовестного отношения к своим обязанностям. Что делать, когда недобросовестный орендоотримувач в дальнейшем не платит аренду, но продолжает пользоваться арендованным помещением. Как его выселить, когда договор заключен, заведомо, в обход посредников – регистраторов, адвокатов, нотариусов, а значит, и в обход судебной системы? Перечень непредсказуемых случаев невыполнения, неоднозначной трактовки «умных» договоров, будет длинный. Из чего напрашивается вывод о том, что каким бы «умным» ни был договор, заключенный в виде компьютерного кода, он не может предотвратить влияние человеческого фактора.

Целесообразно, в этой связи, принять во внимание и последние исследования Института глобального риска в финансовых услугах (http://globalriskinstitute.org/publications/quantum-computing-cybersecurity/), в которых обоснованно высказано опасение, что с 1 \ 7 вероятности, ключевые средства криптографии, которые сегодня препятствуют хакерам, будут сломаны до 2026 года, а с вероятностью в 50 процентов, это произойдет до 2031 года. Результатом может быть Интернет без шифрования данных и блокчейны, которые могут быть взломаны за несколько минут. Очевидно, списывать со счетов, так называемых посредников, – нотариусов, адвокатов, в вопросах заключения как разумных, так и традиционных сделок, очень опрометчиво. Другое дело, что и адвокаты с нотариусами должны быть заранее готовыми как к потребностям клиентов, желающих использовать саморегулируемые смарт соглашения, так и автоматизации процесса своей деятельности, в целом. Автоматизация юридической профессии распространяется, прежде всего, на те массовые задачи, которые часто повторяются и требуют много времени (набор текстов, изготовление копий документов). Очень скоро адвокаты смогут брать на себя большие объемы работы, используя программные алгоритмы, которые способны эффективно выполнить большие объемы задач с низким уровнем риска. Подобным образом, ранее затратная работа, может стать выгодной. Например, крупномасштабные, малоценные задания (по типовым и малозначительным делам), или автоматизация процесса регистрации нотариально удостоверенных сделок в системе блокчейн. С другой стороны, процесс внедрения в наше настоящее смарт договоров, безусловно требует овладения юристами новыми знаниями, простыми навыками программирования и кодирования.
Сегодня уже есть средства, с помощью которых тот, кто создал алгоритм нового процесса, запускает его в систему автоматического кодирования, и она его перекодирует в программу. Эти системы написаны на средствах искусственного интеллекта, они генерируют объектный код, который выражает управляющий алгоритм. Если применить системы автоматического кодирования в юридической профессии, то каждый юрист, – нотариус, адвокат, сможет самостоятельно создавать для своего собственного использования уникальную программу, которая полностью будет подходить и обслуживать именно его тип деятельности, специализации, потребностей клиентов, что сведет к минимуму малопродуктивную часть работы юристов (как заполнение форм, написание текстов, изготовление копий, анализ судебных решений и т.д.), и предоставит возможность все свое рабочее время тратить на эффективный анализ и производительное решение я, позволит сосредоточиться на получение соответствующих результатов (урегулирование спора, получение положительного решения суда, или утверждения сделки), а не на вспомогательные процессы, которые, нередко, так тратят время, что дойти до поставленной цели, становится только тяжелее.
Описанный процесс принципиально новой работы адвоката, без преувеличения, – уже настоящее. Хотя, как обещает нам Intel Corporation– крупнейшая в мире компания-производитель полупроводниковых элементов и устройств, в ближайшем будущем ожидается принципиально новая система, когда будет генерироваться НЕ объектный код, а непосредственно аппаратная реализация данного разработанного процесса. Технологический мейнстрим сегодня – это переход от ориентации на производство универсальных компьютеров и программ, к производству микросхем-программ. Каждая программа, каждый управленческий процесс будет реализован на аппаратном уровне. Процесс проектирования микросхем заменяет процесс программирования в сфере производства сложной техники. Уже мы сами будем создавать свою собственную уникальную программу-микросхему под каждый процесс, которым мы должны управлять. Поэтому из всего кажется, что как только удастся автоматизировать процесс проектирования таких микросхем, процесс автоматического кодирования, не говоря уже о ручном, а значит, и производные от этого профессии, также автоматически отомрут, и это уже совершенно очевидно, будут совсем не юридические профессии.